Search
25 января 2022
  • :
  • :

Мы знаем нашу публику

Андрей Плахов, куратор фестиваля «Эйфория», рассказал о своем любимом фильме программы этого года и об усталости от блокбастеров.
Статьи о кино

 
 
 
 
 

Андрей Плахов

Мы знаем нашу публику

— Можете представить ваши самые любимые фильмы в программе фестиваля?

— Я бы выделил картину «Безмолвный свет» /Luz silenciosa/ (2007) Карлоса Рейгадаса, мне кажется, это один из самых важных фильмов года. Этот режиссер был фаворитом Каннского кинофестиваля, хотя еще не получил там больших наград – картина получила приз, но не самый главный. Мне кажется, что наряду с румынским фильмом «4 месяца, 3 недели и 2 дня» /4 luni, 3 saptamani si 2 zile/ (2007), завоевавшим главный приз, это две самые важные картины Каннского кинофестиваля.

Действие «Безмолвного света» происходит в очень необычной среде, в секте мексиканских меннонитов, предки которых когда-то давно приехали из Швейцарии. Они очень отличаются от местного населения, говорят на архаичном диалекте немецкого языка, исповедуют очень строгие моральные принципы, не признавая многих достижений так называемого прогресса. И в этой среде разворачивается история любви, измены, расплаты, греха, покаяния – и чуда. Картина достигает такой концентрации духовной энергии, все происходит в контексте очень мощной природы, такого природного космоса, и в итоге происходит чудо. Это очень трудно сделать в кино, но Рейгадасу удалось. Мне кажется, это самый сильный режиссер сейчас в мировом кино.

Есть у нас фильм Вуди Аллена, фильм Питера Гринуэя, замечательный фильм братьев Коэнов, но все-таки эти ленты содержат в себе что-то знакомое, то что мы знаем от предыдущих работ этих авторов, они повторяют себя, хотя и делают это блистательно. А Рейгадас – режиссер, который в каждом фильме предстает какой-то новой гранью, очень перспективный человек.

— А что за фильм Бандераса?

— Он, по-моему, очень приятный и представляет собой исключение из общей программы «Эйфории», в нем нет какой-то огромной художественной амбиции, скорее это такое приятное для глаз предновогоднее зрелище, история взросления, юности, снятая на красивых пляжных пейзажах.

Включили мы его потому, что Антонио Бандерас не только знаменитый актер, но и очень интересный человек, который, как мне кажется, не случайно сейчас пришел в режиссуру. Ему надоело амплуа латинского любовника и он хочет работать в кино. При этом у него есть идеи. Скорее всего, этот фильм – проба сил перед новыми серьезными проектами, но тем не менее мы решили включить его в эту программу, мне кажется, он вписался.

— Коэны скоро должны пойти в широком прокате, насколько я понимаю. Надо ли было включать их фильм в фестивальную программу?

— Коэны – отличные режиссеры. Потом, все равно у них большого проката нет, это кино можно рассматривать по разряду артхауса. Но кроме обычных достоинств фильмов этих режиссеров, в этой картине еще есть Хавьер Бардем, который замечательно играет. Это, на мой взгляд, событие этого сезона. Он уже получил за эту роль приз американских кинокритиков, поэтому очень хотелось этот фильм показать, представить это великолепную актерскую работу. Мы стараемся собрать не только каких-то звезд режиссуры, но и какие-то интересные, яркие профессиональные достижения в кино.

— А есть какие-то фильмы, которые вы хотели бы привезти, но у вас не получилось?

— В этот раз ничего такого не было – мы получили всех, кого хотели. Программа сформировалась достаточно естественно. Единственное, мы планировали сделать такую интермедию между современными фильмами, показать старую немую картину в сопровождении тапера. Мы хотели привезти один из французских фильмов, снятых русскими эмигрантами в 20-е годы во Франции и показать с музыкальным сопровождением, но по техническим причинам это сделать не удалось. Надеемся, что получится в следующий раз.

— Можете сейчас выступить в роли такого «авгура» и предсказать, что ждет отобранные фильмы в оскаровской призовой гонке этой зимой?

— Хороший шанс есть у фильма Коэнов. Не знаю по поводу Рейгадаса, он выдвинут от Мексики на «Оскара», но картина настолько экстремальная, радикальная в своем художественном решении, что трудно сказать, кого выберут академики.

— Как проходили предыдущие фестивали, сколько людей было?

— Ну, у нас довольно скромный фестиваль, нет большого масштаба и амбиций, все происходит в одном кинотеатре – в «Ролане». Мы не ставим задач собрать огромную аудиторию, наша публика – селективная, люди, которые интересуются артхаусным кино, публика кинотеатра «Ролан». Мы ее уже знаем. На каждом показе зал бывает полон или почти полон. Бывали, конечно, не совсем удачные сеансы, но в целом можно сказать, что уже есть своя публика. Вот сейчас уже активно раскупаются билеты, причем некоторые покупают билеты на всю программу целиком.

— А что можно сказать вообще об аудитории артхаусного кино? Есть ощущение, что сейчас гораздо лучше собираются залы именно на такие фильмы, на серьезное кино без спецэффектов, чем на очередную «Нарнию».

— Ощущения довольно туманные, никто у нас не занимается всерьез статистикой в области кино, социологическими исследованиями аудитории. Понять, как аудитория настроена, куда она движется, очень сложно. Поэтому мы опираемся на интуицию. По моему ощущению, произошло некоторое перенасыщение коммерческим кино, так называемыми блокбастерами, форматным кино… есть тяга к чему-то другому. Этим моментом мы пользуемся. Мне кажется, есть большой потенциал этой аудитории, который пока не используется, но в будущем его можно будет развить.

— Билеты остались еще на показы?

— Очень много билетов зарезервированы. У меня нет точных данных, но, кажется, на субботу уже билетов нет.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *